January 24th, 2010

После велопрогулки.

СССР-Франция как частный случай российской галломании.

  • В возрасте пяти лет я сделала для себя неприятное открытие - Франция оказалась капиталистической страной. До этого я была свято уверена в том, что Родина мушкетёров и духов Climat давным-давно процветает в стадии развито́го социализма. Я рассуждала следующим образом - в стране, где было столько революций, капитализма не может быть по определению. У бабушки были туфли фабрики «Парижская Коммуна», на полке стояла книга «Франция - страна пяти республик», по радио передавали постановку «Гаврош», а в кино шла очередная комедия с Пьером Ришаром - «Высокий блондин в чёрном ботинке». Причём, этот фильм официально хвалили в передаче «Кинопанорама», как образец искромётного галльского юмора. Очень хорошо помню и голос диктора, вещающий об очередном съезде компартии Франции. Этого ли не достаточно, чтобы записать французов в товарищи по соцлагерю? Не знаю, как вам, но мне они всегда казались бо́лее своими, чем СЭВ-овские поляки или румыны. Французское было не просто героически-революционным, оно было прямо или косвенно пропагандируемым. Помните, Надя Шевелёва восклицает: «Они же французские!» Теперь представьте себе ситуацию, что Надя достала, ну скажем, джинсы и восклицает: «Они же американские!» Положительная, да ещё и лирическая героиня не имела на это права. На мой взгляд, мы имеем дело с советским вариантом традиционной русской галломании.


  • Мишель, Брижитт и афиша «Шербурских зонтиков».

    Русская (российская) галломания имеет давнюю историю. Считается, что её начало было положено императрицей Елизаветой Петровной, которая не только своим гардеробом, но и внешнеполитическим курсом (в Семилетнюю войну) демонстрировала личную преданность Версалю. Примерно тогда же появилась молодёжная субкультура под названием «петиметры», которых я в своё время сравнивала со стилягами. В Екатерининскую эпоху возникла и другая крайность - англомания, а дворянство с тех пор условно поделилось на поклонников версальского шика и фанатов неброского лондонского стайла. Но последних было всё-таки намного меньше. Более того, пресса и прогрессивная общественность всегда нападала именно на галломанов, не трогая строгую англо-ориентированную молодёжь, решившую задринчить вайн и гоу-гоу читать Адама Смита. Причина проста - французский образ жизни всегда рисовался чем-то, вроде нескончаемого праздника, плавно переходящего в красивый адюльтер. Английский же way of life подразумевал бизнес и овсянку, а также протестантские добродетели, вроде экономии на спичках и шитья в пользу бедных. Не каждый потянет такую life. Шли годы, англоманы и галломаны мирно сосуществовали в гуманитарно-паровозном XIX веке, иной раз порицаемые славянофилами. Но франкофилов всё равно было на порядок больше.

    Collapse )
  • Buy for 300 tokens
    ***
    ...