February 2nd, 2016

После велопрогулки.

Антиутопия?

  • Я очень долго не желала читать хрестоматийную вещь Евгения Замятина «Мы» - именно потому что её обзывали хрестоматийной. Она считалась изначалом таких кошмаров, как «О, дивный новый мир» Олдоса Хаксли, «1984» Оруэлла и «Москва 2042» Войновича. А ещё, эту вещь неизменно ставили в единый ряд с платоновским «Котлованом» и объединяли общей формулой «глубокий антитоталитарный замысел». Британский ужас Оруэлла с капустной вонью и бытовыми неудобствами перекликался в миром Войновича и упирался в Котлован. Ад мистера Хаксли был стерилен с виду, но давно сгнил изнутри — его первые были не лучше последних и «альфа»-представители смотрелись не умней/не краше всяких «дельт».

    Но замятинский мир ...это сильно другое. Больше того, когда я наконец-то до него добралась, я увидела совсем иное. Не пугающее и не отталкивающее. А, скорее, завораживающее. Нет, я не хотела бы там жить - я слишком интровертна, чтобы избрать сие в качество личного идеала. Но, тем не менее, это - мощно и свежо. Впрочем, предоставим слово самому автору: «Через 120 дней заканчивается постройка Интеграла. Близок великий, исторический час, когда первый Интеграл взовьется в мировое пространство. Тысячу лет тому назад ваши героические предки покорили власти Единого Государства весь земной шар. Вам предстоит еще более славный подвиг: стеклянным, электрическим, огнедышащим Интегралом проинтегрировать бесконечное уравнение Вселенной. Вам предстоит благодетельному игу разума подчинить неведомые существа, обитающие на иных планетах - быть может, еще в диком состоянии свободы».


  • Здесь и далее - прекрасные работы современной архитектурной группы «Дети Иофана».

    Если убрать царапающее слово «свобода», поданное тут в отрицательном смысле, то...мы увидим вовсе не Москву-2042 и уж точно не грязную коммуналку Оруэлла. А...ефремовский рай с его лаконичностью, формулами и устремлением в мировое пространство. «Математически безошибочное счастье», которое так пугало Замятина, стало чем-то, вроде прообраза прекрасной утопии Ефремова. Вы вправе сказать, что в чётких линиях стеклянного пространства «Мы» нет романтики и созидания. Оно, как раз, там есть, ибо повествование ведётся от лица главного героя и он пишет: «Синее, не испорченное ни единым облаком (до чего были дики вкусы у древних, если их поэтов могли вдохновлять эти нелепые, безалаберные, глупотолкущиеся кучи пара). Я люблю - уверен, не ошибусь, если скажу: мы любим только такое вот, стерильное, безукоризненное небо». Герои Ефремова тоже любят безукоризненность и чёткость.

    Collapse )
  • Buy for 300 tokens
    ***
    ...
    После велопрогулки.

    Стильный советский урбанизм.

  • Советская цивилизация была урбанистической - с культом городской жизни - явным и неявным. С одной стороны, прославлялась индустриальность и фабричная эстетика, ВУЗы, автострады, поезда, физики-лирики, которые на природу выезжали только затем, чтобы её покорять (горы, например). С другой стороны, мегаполисы манили своими возможностями иного плана - танцплощадками, кафешками, девушками в модных платьях и прочими дефицитными джинсами да кассетами. То есть, как ни поверни, город рулил. Безусловно, в советском творчестве особое место занимала городская тема, причём, иной раз, всё это рисовалось с какой-то рекламно-буржуйской стильностью, как вот тут...

    Collapse )