February 2nd, 2018

После велопрогулки.

Вопрос, испортивший москвичей.

  • Небезызвестный персонаж полагал, что москвичей испортил квартирный вопрос. Тема личного и общественного пространства — одна из самых болезненных, ибо ныненшний хомо-сапиенс — не стадное и не стайное животное. Предпочитаем комфорт и обособленную пещеру, а вот соседские велосипеды-кастрюльки-тазики — хороши исключительно в рассказах Михаила Зощенко: «Недавно в нашей коммунальной квартире драка произошла. И не то что драка, а целый бой. Дрались, конечно, от чистого сердца». Сейчас оно — история. Биография с географией. «Что пройдёт — то будет мило» - Пушкин сказал, а он — наше всё. Бабушкино трюмо — запах «Красной Москвы» и пудры «ТЭЖЭ». Шелест шёлка. Гремит «рок на костях», несутся вопли дерущихся пацанов - стенка на стенку, шумят не срубленные деревья, которые — о, да — когда-то были большими. Древний телевизор КВН-49. Солидный телефон - диск и тяжеловесная трубка. Михаил Козаков со своим шедевром «Покровские ворота» умудрился создать ретро-культ жуткой, перенаселённой коммуналки. Пробивает слеза! Жили душа в душу и не всегда плевали друг другу в суп.


  • Фотография не моя. Взято здесь.

    Итак, устроители выставки «Старая квартира», что проходит сейчас в Музее Москвы на Зубовском бульваре, хотели явить не только «романтический» коммунальный быт. Их задача много шире - образы гостиных, кухонь, обиталищ, каморок и апартаментов за последние сто лет. Гость совершает краеведческое путешествие, переходя из зала в зал. Тут нет жильцов и даже героев — сестёр Кати и Даши в креслицах стиля Модерн; Васисуалия Лоханкина, избиваемого на общей кухне; гайдаровских девочек, живущих в аэродромных — отдельных квартирах и — аксёновских ранимых циников, именующих свой дом громким буржуазным именем «Барселона». Столы и стулья, торшеры и фужеры, подстаканники и набалдашники. На столе может валяться газета или карандашик, а чашка - стоять не там, где ей положено — здесь кто-то был, но секунду назад вышел, позволив нам заглянуть в свой уголок. Хотя, почему — в свой? В наш! Посетители выставки с ходу узнают родные вещи — такая же лампа стояла у дедушки, а вот эти занавески долгое время висели у нас на даче. И — у вас тоже. Герой «Вишнёвого сада» общался со шкафом — он казался ему живее всех живых: «Дорогой, многоуважаемый шкаф! Приветствую твоё существование...» Персонажами Андерсена иной раз бывали чайники, статуэтки и чернильницы — они рассказывали удивительные сказки. Послушаем?

    Collapse )
  • Buy for 300 tokens
    ***
    ...