July 17th, 2018

После велопрогулки.

Зато он любил классику...!

  • Одна знакомая леди настаивает, чтобы её сын ходил в музыкалку, играл на скрипке, изучал сольфеджио. Мальчик не желает - он уже один раз хмммм... потерял скрипку. Купили вторую. Карательное муз.образование - это особый сорт пыток. Ими пытают любимых детей. Смысл? Чтобы мальчик стал культурным, порядочным, умным и светлым. Я посоветовала даме посмотреть «Заводной апельсин».



    Помните, главный герой повествования - Алекс - кушает молоко, носит старинный котелок с тросточкой и обожает классическую музыку, а точнее - Людвига ван Бетховена. Но при этом он с невыразимым удовольствием совершает акты насилия... У нас есть дурацкая привычка - считывать благородные увлечения и аристократические манеры, как признаки интеллигентного или хотя бы приличного, порядочного человека.

    Нам кто-то в детстве внушил, что наличие в руках томика Фета или скрипочки должно сигнализировать о высоких моральных качествах носителя. Это как с целомудренным прикидом. Мол, если девушка в платке и в уродливой длинной юбке, стало быть, она чиста, как утренняя роса на лепестке полевой ромашки каменного века (потому что в каменном веке была экология подходящая, не то что нынче).

    А то, что под этими целомудренными юбками может таиться такой адский ад, что дальше ехать некуда - это почему-то мало кого волнует...
  • Buy for 300 tokens
    ***
    ...
    После велопрогулки.

    Made in Japan и золотые-восьмидесятые.

  • В далёких-золотых 1980-х было как-то поразительно много Японии... Да-да, Италии, конечно, тоже. Но, если Италия была, в основном, страной красивой попсы и шикарных сапожек, которые не достать, то Япония лидировала по части технических новинок. Но и не только! Календарики с подмигивающими восточными красавицами, в купальниках или в традиционном кимоно. А то и в обычной одежде. Рядом с передовой и шикарной техникой или же - на фоне какой-нибудь экзотичной природы.


  • Реклама CD-проигрывателя фирмы Sony, 1980-е годы.

    Но вот японцы не были в трендах. Поэтому в кинофильме «Курьер» желание корпулентной красавицы (которую играла Светлана Крючкова) выйти замуж за японца, вызвало некоторую оторопь. «Почему за японца-то?!».
  • После велопрогулки.

    Люди с хорошими лицами. Конечно, советские люди!

  • В большинстве случаев у советских людей на советских же картинах - очень хорошие лица. Без кислятины и пошлятины. Хотя, в реале было всякое - а то молодые всё спрашивают: кто же потом стрелял в 1990-х, если все советские - люди-золото. В искусстве они - золото, а в жизни - фифти-фифти. Впрочем, ладно. Предлагаю посмотреть на спортсменку!

    Read more...Collapse )
  • После велопрогулки.

    Снобьё.

  • Начиталась тут всяких эссеюшек на сайте журнала «Сноб». Поняла, что писать для всяческого около-элитарного чтива - проще пареной репы. Садитесь рядышком с рюмочкой чая - так и быть научу.


  • Рисунок Arturo Elena (с).

    Во-первых, побольше ленивой грации и равнодушного всезнайства: «Мы-то Кафку прожевали ещё в пятом классе нашей элитно-языковой, аж в пределах Садового Кольца, школы». Во-вторых, не забывайте подчёркивать, что Вы относитесь к тому узко-закрытому кругу прирождённой интеллигенции, которая хранит в комодиках эпохи Ар Нуво письма Лили Брик, столовое серебро, засушенные туберозы («…подаренные, кажется, Леонидом Утёсовым моей бабушке Адели Сигизмундовне в память о Коктебеле-1936…»). Тонко, стильно, с сигаретным дымом и разговорами об отъезде из этой страны. Главное – лениво и якобы остроумно. Детка!
  • После велопрогулки.

    70/80 - даже нельзя сравнивать!

  • Довелось услышать обобщающий термин «молодёжь 1970-1980-х годов». На мой скромный взгляд, это были два разных мира. Более того, сама жизнь, ...ритм её был различен. И дело вовсе не в Перестройке - на Западе её не было, а отличия всё-таки были. Общение с людьми, которые старше меня на десять лет, говорит о том, что их юность пришлась на гораздо более спокойное и - интеллигентное время. Я помню это поколение - длинноволосых мальчиков с гитарами, девочек с хипповскими торбами и с книгами. Мне шесть лет, им - шестнадцать. У них было модно умничать и искать истину в книгах. У нас был популярен цинизм - искать истину следует в драке или в отрицании.



    Сравните Игоря Грушко из «Розыгрыша» или, скажем, Петю Копейкина из «Когда я стану великаном» с Иваном из «Курьера». Это один и тот же тип личности, но как по-разному он реализуется в социуме. Дети 1970-х были романтиками, мы были циниками. Это правда. Они хвастались игрой на гитаре, мы - импортными мафонами и блоками кассет. Они тоже были с родителями в конфликте, но их конфликт носил какой-то утончённо-интеллигентный характер. Циники, вроде Комаровского из «Розыгрыша», были противным исключением. В моём поколении таких было чуть более, чем хотелось бы.

    Их музыка была мелодично-ритмичной, наша - просто ритмичной. Старшие сёстры, любившие 'ABBA', уже не понимали 'Videokids'.