Галина Р. Иванкина. (zina_korzina) wrote,
Галина Р. Иванкина.
zina_korzina

Categories:

Мой ЖЖ в миниатюре.

  • Я очень редко участвую во флэшмобах, но тут мне стало интересно. Кто-нибудь из друзей - в данном случае eolbur задаёт пять понятий - вечер, женщина, книга, спорт, мода и нужно представить своё ви́дение идеального вечера, идеальной женщины, идеальной книги, ну и так далее...
    В общем, этот постинг - мой Живой Журнал в миниатюре, нечто вроде журнальной рубрики «Калейдоскоп».

    ***

  • Начну я, как Вы понимаете, с идеальной моды . Для меня это мода 1920-х годов.
    Как известно, дамская мода всех предшествовавших веков была благосклонна к женщинам с формами - к полным или же к фигуристым - с талиями, крепкими бёдрами и прочими атрибутами «женственности». Нету талии? Научим. Не хочешь - заставим, ибо корсет был главным защитником настоящей дамы - этакой кирасой. И только к началу 1920-х гг. пошивочная индустрия обратила внимание на иной женский тип - с прямыми жёсткими плечами, плавно переходящими в сверх-ноги... Этот типаж сформировался не сразу, а как-то исподволь - в течение 1910-х гг, а Первая Мировая война только ускорила процесс маскулинизации дамского облика. Девушка Art Deco - это похудевшая и озверевшая 'Belle Femme' - из виньетки дама превратилась в прямую линию.



    Впервые мода позволила даме не делать талию и показывать длинные тощие ноги! Платья с заниженной линией пояса были просты в исполнении, зато богаты отделкой и предполагали ношение аксессуаров. Изысканные туфли на изогнутом каблуке часто украшались не только стразами, но и бриллиантами (ну, это у Вандербильдихи, не нам чета). Длинные бусы подчёркивали рост, стройность и - плоскую грудь. Вертикальные линии преобладали над горизонтальными. Из-под глубоких шляпок выглядывали напудренне носики и крохотные, сильно подведённые губы. Это была эстетская, асексуальная мода победившего конструктивизма. Она была графична и, вместе с тем - роскошна. Платье с турнюром или, скажем, утопающий в кружевах наряд эпохи рококо теоретически могли быть состяпаны просто ужасно - за каскадами всех этих рюшей и бантиков можно так и не увидеть огрехи пошива. В платьях 1920-х гг. основной была конструкция (как и в архитектуре тех лет). Любой перекос ткани или небрежности кроя - всё бросалось в глаза.



    Мы, дамы «с плечами и ногами», но «без талии и попы», созданы для стиля от Коко Шанель, ибо petite robe noire1. - это наше всё. Это - возможность не быть кисой и мусиком, оставаясь при этом женщиной, это - квинтессэнция стильности и асексуальной роскоши, это - выбор человека, влюблённого в Art Deco.

    1. Petite robe noire - Маленькое чёрное платье.

    ***
  • Далее по курсу - идеальная женщина . Я не буду заниматься построениями, просто дам два портрета. Как писали в советских газетах: «Два мира - два детства». Хотя... Обе они были рождены в королевских домах и предназначались для самой блестящей жизни. Принцессы, умницы, истинные арийки, они обожали роскошь и понимали поэзию. На этом сходство заканчивается, ибо одна из них стала символом женской покорности, другая - чуть ли не «знаменем» феминизма.


    1 и 3 - Лотта, 2 и 4 - Бэсс.

    ...Одну звали Бэсс, другую - Лотта. Одна - жёстко, но мудро управляла своими соплеменниками, другая - бо́льшую часть жизни прожила среди чужих. Одна - больше всего на свете боялась супружества, другая - полностью растворилась в семье и детях...
    Елизавета Тюдор и Шарлотта Гогенцоллерн, больше известная как Александра Фёдоровна, жена Николая I, - они представляют собой два полюса, на которых, по моему мнению, могут обитать женщины. Либо ты - мать и жена, либо ты - «гражданин начальник». Все эти благостные сказки про многодетных матерей, совмещающих должности и двигающих горы, лично мне смешны.

    Они эталонны в проявлении своих ипостасей. Бэсс была девственницей и в её представлении, физическая любовь, подчинение мужчине были равносильны...смертному приговору. Дочь казнённой Анны Болейн, она пережила ещё и казнь своей любимой мачехи - Кэтрин Ховард. Третья - Джейн Сеймур тоже умерла, но от родильной горячки. Я об этом в своё время писала обширную статью. Бэсс отказалась от любви и не проиграла. Шарлотта Прусская любила и была любима, она с удовольствием подчинялась и отдавалась. И тоже не проиграла - она была счастлива. И не во что не вмешивалась. А Бэсс вмешивалась во всё. Но обе они к концу жизни устали - одна от покорности, другая - от активности...

    ***



  • Моя идеальная книга ? Ну, та, которую можно взять с собой на Необитаемый Остров... Для меня это - дилогия Ильфа-Петрова про Стулья и Телёнка. У Бендера - колоссальное обаяние, сравнимое, разве что с харизмой Джека Воробья в исполнении Дж.Деппа. Остроумие образа не смог донести никто из исполнителей этой роли - никто не создал нужный фьюжн из грубого цинизма и плохо скрываемой сентиментальности. Сколь же гениален созданный образ, что я, не любя брюнетов и особенно - оборотистых брюнетов, считаю Бендера своим любимым героем (другой любимый герой - Дарси из «Гордости и предубеждения», но он совсем из другой оперы).



    Если уж выбирать из двух частей романа, то, разумеется, «Золотой телёнок». В нём, в отличие от «12 стульев», есть пространство и свет. «12 стульев» - это мир закутков и полуразрушенных зданий, мир тесноты. Более того - это в какой-то мере, мир «бывших» - дворян, священников и «слесарей-интеллигентов с мотором». Недаром роман заканчивается рассказом о том, как на деньги Воробьянинова бы выстроен новый, роскошный клуб. Разумеется, со всеми конструктивистскими заморочками - конец 1920-х всё-таки. В «Золотом телёнке» - этих «бывших» - намного меньше, причём, самый колоритный из них - псевдоинтеллигент Лоханкин. Он, в отличие от Корейко, выписан почти любовно. В общем, книжки Ильфа-Петрова уже не раз спасали меня от депрессии. Эти проиведения не просто смешные - они источают радость, создают особую атмосферу позитива.

  • Иллюстрации - КуКрыНиксы (с).

    ***



  • Мой идеальный спорт ? Разумеется, велосипедный. В стародавние времена, когда дамы носили платья с тренами, а умами тусовочной молодёжи владели не эстрадные звёзды, а писатели и социалисты, велоспорт считался чем-то, вроде неприличного вихляния тазом. Велосипедных дам осуждала общественность, их принуждали отказаться от кручения педалей или хотя бы надевать юбку, вместо штанов. На вело-дам рисовали карикатуры, доктора пугали их бесплодием, в некоторых американских городах велосипедисток не пускали в общественные парки... В общем, создавали атмосферу нетерпимости. Сатирики писали, что больше не надо тратить деньги на входной билет в варьете - хотите увидеть дамские ноги - идите в места массового скопления велосипедисток. Если дама хотела прослыть раскованной и экстравагантной, она должна была купить себе bicycle, лучше всего английский.

    Но время шло - в 1920-е годы дамский велоспорт сделался не только нормой, но и правилом, и по счастию, никто больше не считает велоспорт «сексуальным» видом спорта... Почему велосипед? Потому что есть возможность ощущать пространство: использование коньков, роликов и лыж ограничено, бегать скучно, фитнес-клуб - это вобще профанация спорта (плюс толпа худеющих офис-ледиzzzzz, пыхтящих под противный музон из колонок). А вот на велосипеде можно уехать далеко и надолго (было бы здоровье).

    ***
  • Мой идеальный вечер ? Это когда я еду по вечернему городу на велосипеде. Машин мало, горят огни, жизнь ощущается совсем иначе. Это особая атмосфера вселенского одиночества, которое не ощущается, как утрата. Наоборот - это ощущается как прадник. У меня всё прошлое лето было заполнено такими вечерами - краткое велосипедное лето - между первым и вторым замужествами. Ибо мои мужья отчего-то недолюбливают мой вечерний велосипед...

    ***
  • Как всегда - в конце песня. Любимая ABBA .



  • Tags: 1920, Девочкам на заметку, Мемуары, О Жизни
    Subscribe
    Buy for 300 tokens
    ***
    ...
    • Post a new comment

      Error

      Anonymous comments are disabled in this journal

      default userpic

      Your IP address will be recorded 

    • 96 comments
    Previous
    ← Ctrl ← Alt
    Next
    Ctrl → Alt →
    Previous
    ← Ctrl ← Alt
    Next
    Ctrl → Alt →