Галина Р. Иванкина. (zina_korzina) wrote,
Галина Р. Иванкина.
zina_korzina

Categories:

Профориентация.

  • «Профориентация» - так в СССР называлось одно небезынтересное мероприятие, в ходе которого педагоги и учащиеся какого-нибудь малопрестижного техникума (или училища) приходили к старшеклассникам и весело рассказывали им о своей будущей профессии. Цель была сугубо рекламной - чтобы завлечь хотя бы пару человек. За свою школьную жизнь я видела две таких профориентации - сначала нам показали девочек из швейного, потом - мальчиков-слесарей. Я не прониклась, поэтому по окончании школы радостно завалила ин-яз на филфаке МГУ и, не найдя для себя ничего лучшего, несколько лет терзала многоканальную электросвязь (ну, или она меня, что будет всё-таки вернее).

    «В СССР каждый труд почётен!» - этот, знакомый каждому советскому человеку, лозунг был в эпоху Застоя сугубо декларативен, ибо в стране победившего социализма, как и в любом обществе, существовала иерархия профессий. Наверху «располагались» дипломаты, научные сотрудники, военные, и, разумеется, партийно-комсомольские вожаки.


  • Материалы из журнала «Работница» 1985 г.
  • В центре - девушка с обложки журнала «Крестьянка» №2. 1987 г.

    Рабочий класс, объявленный «гегемоном» всех прошлых и будущих революций, увы, не являлся таковым - в СССР даже существовала циничная расшифровка аббревиатуры «ПТУ» - помоги тупому устроиться. Самым распространённым способом профессиональной самореализации считалась учёба в техническом ВУЗе с последующим распределением на профильное предприятие. Профессии негласно делились на важные и второстепенные, а также на престижные, непрестижные и...престижно-позорные. Да-да. И такие были. Например, бармен или, скажем, маникюрша.

    Если задаться целью и проанализировать позднесоветскую прессу, посвящённую профессиям, то налицо будет закономерная картина - 90% статей посвящены трудящимся рабочих специальностей. Нет, конечно, имели место и другие. Например, «Это гордое звание - учитель!» или, скажем, «Всегда на страже Родины». Однако писать для рабочих и о рабочих - такова была общая установка. (Ну, это как в современных дамских журналах посоянно мелькает слово «офис», хотя, кроме офисных работников есть и учителя, и врачи и даже милиция). Вот и тогда - было предпочтительно писать на «рабочие» темы.


  • Материалы из журнала «Работница» 1985-1987 гг.

    Причин было две - политическая и экономическая. С одной стороны - воспеть Гегемон, с другой - привлечь в его ряды побольше народу, ибо никому особо не хотелось. Я очень хорошо помню, что в школе учителя пугали детей самым непедагогичным образом: «Не будешь учиться - пойдёшь в ПТУ!» Если страшеклассник был совсем дубом, ему ехидно намекали: «Надо было идти в ПТУ, ты же знал, что в 9 классе программа сложная!» Вот этот бесконечный разлад официоза и реальности мы видели с самого детства - в журнале читали про швею, ставшую депутатом, а Марь-Иванна на уроке кричала, что «...двоечнице Сидоровой место в швейном ПТУ». Вместе с тем, рабочему человеку и платили больше, и в КПСС принимали охотнее. И если он не пил (а проблема пьянства стояла остро), то высококвалифицированный работяга жил весьма достойно.

    Тогда был абсолютный культ высшего образования - любого, хоть самого затрапезного, но высшего. Запредельным ВУЗом считался МГИМО - он выпускал дипломатов, которые потом могли таскать из загранки шикарные вещи и особенно - технику. Среди престижных ВУЗов числился и МГУ, особенно филфак. Туда, как говорили, можно было поступить либо имея очень хорошую подготовку, либо - незаменимый в эпоху Застоя блат. По-прежнему котировались умные технические ВУЗы - МИФИ, Бауманка, МИРЭА - в них было довольно трудно поступить и ещё труднее учиться. Основная масса выпускников московских школ шла в различные МЭИ, МЭИС, МАИ, МАДИ, не зная толком, с чем они будут работать в будущем. Образование в советских ВУЗах давалось высококлассное, поэтому если человек хотел учиться, он выходил из института знатоком своего будущего производства (правда, пока только теоретически, но ему никто не мешал реализовываться в качестве инженера). Очень ценились учёные, преподаватели ВУЗов.


  • Фотоотчёт из журнала «Работница» за 1987 г. Внизу - Р.М.Горбачёва беседует с народом.
  • Рассуждения в прессе о выборе профессий.
  • Письмо читателя о работе в целом. 1988 г.
  • Подборка живописных работ в журнале «Работница» за 1987 г.

    При всём при этом в прессе был рефрен: «Ну работа - работой, а как же мечта?» В статьях писалось, что надо не просто тупо зарабатывать, а именно - посвящать себя работе, гореть. Карьеристов, подвизавшихся в науке, гневно осуждала общественность, противопоставляя им бескорыстных служителей. Об этом было снято несколько десятков фильмов - иной раз в детективном жанре. Мол, так зарвался, так захотел денег, что предоставил своё открытие преступникам (или даже продал его за рубеж).

    Помню и осуждающую статью о некоем субъекте, променявшем мечту - на чистоган, а именно - геологоразведочную романтику - на таксопарк. Основной посыл - юноша пошёл в таксисты не потому что его манила широта утренних площадей, омытых дождём и не предзакатное Минское шоссе, куда он (с мечтами) будет возить дачников. А конкретно - хорошие деньги. Деньги почему-то всегда ставились даже не на 2-е, а на 10-е место. На 1-м было всё, что угодно, включая мечту. Правда, и мечта должна была укладываться в некие рамки.

    К примеру, Советская Власть не любила свободных художников. Хорошо это или плохо - не мне судить, но не любили и всё тут. Правда, свободное художничество часто сопровождалось диссидентством. Наверное, поэтому Советская Власть их и не любила. Сложновато было и писателям - соцреализм рулил. Я очень хорошо помню типовые соцреализмовские книги эпохи Застоя - стихи молодых казахстких поэтов про ширь степей, суровая проза о добыче нефти, бытописания строителей Экибастуза и т.д. Вместе с тем, были потрясающе интересные вещи в журнале «Юность», добрая детская и юношеская литература, увлекательные советские детективы про милицию.


  • Материалы из журнала «Работница» 1985-1987 гг.

    Или вот, многие девочки мечтали быть аристками или певицами. Актёры в СССР пользовались уважением - о них тоже писали газеты, и, вместе с тем, их обожал народ. Такое вот редкое единение. Несмотря на это, постоянно подчёркивалось, что быть актрисой - хорошо, но стремиться на подмостки - не вполне разумно. Не лучше ли с утра постоять у шлифовального станка, а вечером - спеть в самодеятельности? Кроме того, в народе было распространено мнение, что актёрский мир жесток и грязен, что, по большому счёту, соответствовало действительности. Существовала и своеобразная иерархия актёров - оперные, балетные и даже оперетточные артисты однозначно ценились выше эстрадных. Киноактёров нежно любили, но они ценились ниже, чем театральные.
    Многих известных и обожаемых кинодеятелей обижало, что им не дают «народного» и даже «заслуженного». Эстраду тоже не особо чествовали. К примеру, Алла Борисовна получила звание Народной артистки СССР только в 1991 году - на излёте советской истории.


  • Фото с официального сайта Софии Ротару.

    По большому счёту, это было правильно - в той же царской России водевильная инженю ценилась ниже, чем оперная прима. В принципе, это только капиталистическое общество ставит поп-артиста выше, чем он того заслуживает. Причина банальна - на творчестве эстрадного певца можно быстрее заработать миллион: попса - она для многих. А оперную диву придут слушать только подготовленные. Элита.

    Но самым «низким жанром» считалось пение и музицирование в ресторанах. Мол, подавать себя как блюдо в жующе-пьющем зале, может себе позволить только человек с пониженным чувством социальной отвественности. Это был некий полукриминальный мир, связанный с такими понятиями, как прибыль, «навар», лёгкие (по общему мнению) деньги. В советских детективах иногда выводились образы ресторанных певиц и «лабухов» - они могли быть друзьями и даже пособниками воров. Никому не пришло бы в голову представить, скажем, учительницу, содержанкой спекулянта. А вот ресторанную диву - запросто. С презрением относились и к всевозможным подтанцовкам. Они казались не только артистами низкого жанра, но и не вполне профессиональными. А мне их было почему-то просто жалко - во всех их телодвижениях читалась какая-то безнадёга. Их тоже не очень-то любила Советская Власть. И правильно, в общем-то делала.


  • Советский дресс-код «Журнал мод» за 1978 г. (Весна - Осень).

    Торговля - отдельная песня. В обществе, где существует дефицит, работники прилавка всегда получают дополнительные бонусы. Ни для кого не было секретом, что продавцы воруют, обвешивают, пускают товар налево, придерживат дефицит «для своих». Продавщица (жирное лицо, яркий макияж, грязный халат, пальцы в крупных перстнях) стала настоящей музой для сатириков и в частности - для фельетонистов. «Работник торговли» - это было клеймо. Это означало - вор. Понятное дело, что не все там воровали, но общее мнение было именно таково. Кинематограф тоже осуждал торговлю. «Быть у воды и не напиться?» - презрительно ухмылялся кино-торгаш на допросе в милиции. Мол, если бы Вы, гражданин начальник, работали в отделе мехов, то и у Вас возникла бы тяга к красивой жизни со всеми вытекающими.


  • Советские карикатуры из журнала «Крокодил» на тему работы.

    А ещё продавщицы всё время орали - орущая тётка за прилавком была таким же атрибутом советского магазина, как и надписи «Бакалея»/«Мясо - птица». Помню три сатирических рассказа. которые начинались одинаково - герой заходит в магазин, а ему не хамит продавщица. Далее повествование развивалось следущим образом:
    1. Оказывалось, что сегодня в магазине...«День вежливости».
    2. Заболевшую продавщицу подменяла её сестра - учительница.
    3. Это вообще был сон.
    Я полагаю, что таких рассказов было ещё больше. Всё то же самое относилось и к общепиту - официантки выражали своё «фи» всеми возможными способами. Как бы там ни было, а в эпоху Застоя столовые и многие кафе были просто ужасающие - там стояла непереносимая вонь, а еда поражала своими вкусовыми качествами. Рестраны - вот это было совсем другое дело. Помню, как меня мать повела в ресторан «Москва» - там был уровень, да.


  • Суровые будни советской торговли.

    Очень крутыми считались люди, работавшие в автосервисе - машины были у многих советских граждан, и эти самые машины очень часто ломались. А ближайший частный сектор - в Хельсинки, как тогда шутили... Вот и шли на поклон к автослесарю - профессора и народные артисты, чиновники и директора заводов. Я знала сына одного такого автослесаря - у них дома было то, чего нельзя было найти в домах «загранкомандировочных небожителей». Жена автослесаря (мать этого мальчика) ни дня не работала и ходила дома в каком-то запредельном кимоно, дыша духами и импортными жвачками. Редких книг в том доме было - до потолка, но их не только не давали почитать, но и не читали сами. Ибо книги тогда было модно держать на виду, как предмет дефицита. Завидно мне было? Да, завидно. И это при том, что моя мать работала в «Зарубежтрансстрое» и ездила за рубеж.


  • Школьные годы чудесные...

    К учителям было сложное отношение. С одной стороны, это была уважаемая профессия. С другой - бытовала уничижительная фразочка: «Нет дороги - иди в педагоги!» В моей школе (а училась я в обычном, не элитарном учебном заведении) большинство педагогов были добросовестные, а некоторые даже и талантливые. В них было то сочетание профессионализма, строгости и чувства юмора, которые ценятся всеми учениками во все времена. А вот многие мои подруги из других школ уверяли, что у них нет ни одного нормального учителя - и учат кое-как, и орут почём зря.

    Правда, нет. Была у меня одна бездарная, вернее - «никакая» учительница во 2-3 классах. Ей было 43 года, но выглядела значительно старше (это бросалось в глаза даже на фоне общей не-юности сорокалетних женщин той эпохи). Нудное преподавание в сочетании с постоянным требованием глухой, каменной дисциплины делало уроки не просто скучно-длинными, но и какими-то бестолковыми. Я ужасно себя вела, знала ответ ещё до того, как учительница вымучает до конца вопрос, и меня за это крепко не любили. Считалось, что не следует быть выскочкой. Зато меня очень любили в средних и старших классах, причём за то же самое.


  • Советский дресс-код «Журнал мод» за 1978 г. (Весна - Осень).

    А ещё в те времена чрезвычайно ценилось такое явление, как многолетняя работа на одном месте. Мой дедушка, например, проработал на ТЭЦ-11 с 1934 по 1987 год и прошёл путь от токаря до начальника цеха, правда, последние 3 года он работал мастером - стало физически трудно руководить. Уйдя на пенсию в возрасте 73 лет, он много раз хотел вернуться, но его отговаривали домашние. Так вот, он всю свою жизнь гордился, что безвылазно прослужил МОГЭСу. Те, кто перебегали с места на место, тогда назывались «летуны» - типа, летают. На них тоже рисовали карикатуры, а в одной из своих тогдашних миниатюр, М.Жванецкий назвал своего героя - «труженик-передвижник».

    Другой интересный момент - пресса, радио и ТВ по-прежнему громко славили женщин, занимающихся мужским трудом. Это преподносилось, как подвиг. Однако в журнале «Работница» всё чаще возникали статьи о недопустимости использования женщин на некоторых участках работ. Был такой рефрен - война и послевоенные годы вынуждали слабый пол вкалывать на физически-неподъёмных-производствах, но сейчас, в эпоху развито́го социализма, это уже преступно. То есть, было как бы две стороны медали - мол, это, конечно, подвиг, но куда смотрят начальники?! Я очень хорошо помню женщин, производивших дорожные работы - они были все, как на подбор, крупные, а их оранжевые жилеты было видно издалека. Много писалось и о том, что равноправие должно проявляться не при укладке шпал, а при назначении женщин на равные с мужчинами должности. Задавался вопрос: «Почему так мало женщин - руководителей?»


  • Маникюрша и офисная служащая. 1970-е гг.

    Что хочу сказать напоследок...? В СССР ценились те профессии и та степень отдачи себя работе, которые нужны именно для процветания страны. Всё, что касалось приватной жизни отдельного человека - отодвигалось на второй план. В народе же складывалась своя система ценностей, поэтому полезная-для-меня-лично маникюрша котировалась выше, чем нужная стране работница камвольного комбината. В 1990-е всё изменилось - высшее образование потеряло свою былую привлекательность, учёные степени - тем более, манекещицы и девушки из подтанцовки заняли почётное место на обложках журналов, а про доярок и ткачих стало писать не принято. Было ли это правильно - каждый пусть выскажет своё мнение.

  • В постинге использовались иллюстративные материалы с сайтов и ЖЖ-блогов:

    1. http://www.bosonogoe.ru
    2. http://savok.name/
    3. http://www.sofiarotaru.com/

    4. old_crocodile
    5. germanych

  • Tags: 1970, 1980, Мемуары, О Жизни, СССР
    Subscribe
    Buy for 300 tokens
    ***
    ...
    • Post a new comment

      Error

      Anonymous comments are disabled in this journal

      default userpic

      Your IP address will be recorded 

    • 241 comments
    Previous
    ← Ctrl ← Alt
    Next
    Ctrl → Alt →
    Previous
    ← Ctrl ← Alt
    Next
    Ctrl → Alt →