Галина Р. Иванкина. (zina_korzina) wrote,
Галина Р. Иванкина.
zina_korzina

Categories:

Неформальность, как нормальность.

  • Большинство молодёжи 1980-х прошло через неформальные группы. Да-да, как всегда, найдутся хорошие и правильные девочки/мальчики (нынче тёти и дяди), которые вспомнят, свято верили и полыхали праведностью. Я сейчас буду говорить о большинстве. И о реальности, а не о метаморфозах человеческой памяти, при которых бывшая панкушка предстаёт в своих мемуарах девочкой-с-косичками, ибо стыдно признаться дочери-эмо, что и сама была не Белоснежкой...

  • ...Понятие «неформалы» (или «нефоры») для нас тесно связано с Перестроечной эпохой. Ещё бы! Не было дня, чтобы какая-нибудь молодёжная газета не отметилась очередной статьёй о заблудших панках, об агрессивных металлистах или ещё того краше – о питерских наци. Можно ли считать, что неформальные объединения были порождением Перестройки? И да, и нет.
    «Да» потому что именно журналистские расследования сделали неформалов героями дня и наиболее часто обсуждаемыми персонажами. А. Троицкий в своей книге «Рок в СССР» отмечал: «Теперь от журналистов стали требовать остроты, проблемности и сенсационности, поэтому неформальные молодёжные группировки оказались одной из излюбленных тем, наряду с частным предпринимательством и разоблачением бюрократов».
    «Нет» потому что «нефоры» существовали в Советском Союзе задолго до апрельского Пленума 1985 года. Любители рока или фанаты «Спартака» водились и раньше, однако, их было принято либо не замечать, либо жёстко критиковать как «чуждое явление».



    Тем не менее, само объединяющее понятие «неформалы» появилось действительно в Перестроечные годы. Это слово имеет в своей основе отрицание, то есть несёт в себе яркое противопоставление «формальным» коллективам – пионерии и комсомолу. Кроме того, для «вступления» в ряды панков или металлистов не требовалось ни заполнения анкет, ни подачи заявлений. Для этого была не нужна утверждённая государством «форма». Вообще, словосочетание «неформальные объединения молодёжи» использовали исключительно чиновники и журналисты. Сами юноши и девушки себя так не называли. Тем не менее, в обществе слово «неформал» приобрело, скорее, положительный оттенок. Почему это произошло? В те годы понятия «формальность», «формализм», «для проформы» сделались почти ругательными, это были синонимы антиперестроечной политики, а тут появляются некие ребята, которых называют неформалами. Между серым костюмчиком райкомовского чинуши и проклёпанной косухой металлиста общество однозначно выбирало второе, хотя бы, потому что это было новым, свежим и – неформальным.




    В 1988-1989 годах комсомол, действительно, начал сдавать позиции. Поначалу это выглядело, как ревностная попытка перестроиться, измениться и очистить свои ряды от этих самых «формалистов». Так, в некоторых учебных заведениях с должностей комсоргов начали смещать прилизанных мальчиков и правильных девочек, заменяя этих любителей пустословия – неформальными лидерами. Часто это выглядело весьма комично, как сюжет для киножурнала «Ералаш». В других коллективах и вовсе начались реальные «чистки», которые, правда, очень скоро были остановлены «сверху»: Перестройка – это, конечно, хорошо, но количественные показатели никто не отменял! Комсомол спешно принялся патронировать всевозможные молодёжные начинания – от создания клубов (с безалкогольными барами и дискотекой) до проведения конкурсов красоты. Так, «Московская красавица-88» прошла под эгидой Московского горкома ВЛКСМ.

    Разумеется, многое делалось по принципу: Если что-то нельзя уничтожить, то это нужно возглавить. Однако некоторые комсомольские работники совершенно искренне желали изменить молодёжную политику, искали пути и методы. Было много по-настоящему интересных дел и начинаний, но, так или иначе, доверия к «формалистам» было всё меньше и меньше, да и Перестройка всё чаще представлялась некоей полумерой. Многие люди понимали, что перестраивать не получается – надо ломать. Кроме того, в прессу начала просачиваться информация, что вожаки ВЛКСМ корыстны, равнодушны, беспринципны.



    На этом фоне портрет рядового неформала выглядел яркой альтернативой. Многочисленные статьи и передачи породили моду на неформальность. Каждый, уважающий себя молодой человек, стремился прибиться к какой-нибудь группировке. Девочки реже группировались, но и они симпатизировали той или иной тусовке. Сама атмосфера эпохи располагала к этому: и взрослые, и дети старались громко заявить о своей инаковости. Быть неформальным, не вписываться в официальную систему, сделалось нормой, а когда все сделались «иными», не стало и самой системы. В одной из статей, посвящённых металлистам, автор сетовал, что огромное число юношей, гордо носящих на себе цепи и проклёпанные куртки, не имеют понятия об истории «тяжёлой музыки». Они «балдеют» и всё, часто даже не зная имён своих кумиров.

    Написать на стене дома или на обложке школьного дневника слова ‘Heavy Metal!’ было проще, чем найти свою реальную нишу… Все эти группировки яростно враждовали друг с другом, причём в этих конфликтах чаще всего не было реальной ненависти. Просто это был стихийный бунт против многолетнего хождения строем, против пропаганды тотального коллективизма. Подростково - юношеская агрессия 1980-х совпала с мучительной ломкой стереотипов. Если уж взрослое поколение пошло по пути отрицания и разрушения догм, то, что говорить о молодёжи? Конфликтная «поросль» тогда воспринималась, как деятельная и наиболее свободная часть общества.



    Все статьи, фильмы и телепрограммы, посвящённые неформалам, строились по одной нехитрой схеме. Сначала - страшноватая картина (вроде грандиозной тусовки «проклёпанных» мальчиков). Потом начинались возгласы осуждающих пенсионеров или функционеров. Следом шли рассуждения на тему: «А легко ли быть молодым?» Всё это венчалось оптимистичным выводом: «Нет! Нелегко! И мы обязаны их понять!» Одни из них были многочисленны и агрессивны, другие – держались скромно. Некоторые, к примеру, брейкеры, отошли в прошлое вместе с исчезновением моды на брейк-данс. Другие – «перегорели» своим увлечением, как, например, большинство металлистов. Многие любера пополнили ряды криминальных структур 1990-х, хотя больша́я их часть всё-таки стала «нормальными людьми» - бизнесменами, военнослужащими, тренерами фитнес-клубов. Повлияла ли «неформальная жизнь» на всех этих ребят? Безусловно. Говорить о затихании неформальных движений начали уже в 1990-м году, когда этим никого нельзя было удивить. Неформалы никуда не делись, они есть и сейчас, только их уже никто не воспринимает, как общественно-важную силу...


  • Tags: 1980, О Жизни, СССР
    Subscribe
    Buy for 300 tokens
    ***
    ...
    • Post a new comment

      Error

      Anonymous comments are disabled in this journal

      default userpic

      Your IP address will be recorded 

    • 101 comments
    Previous
    ← Ctrl ← Alt
    Next
    Ctrl → Alt →
    Previous
    ← Ctrl ← Alt
    Next
    Ctrl → Alt →