Галина Р. Иванкина. (zina_korzina) wrote,
Галина Р. Иванкина.
zina_korzina

Categories:

Нужно ли нам «криминальное чтиво»?

  • Недавно у alexander_pavl был постинг о том, что в Советском Союзе людям подавалась исключительно позитивная информация, а, к примеру, криминальные новости, которые есть в любом обществе, тщательно замалчивались. Вообще, если вспомнить, новостное вещание в СССР было своеобразным - события делились на «хорошие-у-нас» и на «ужасные-у-них». У нас из года в год повышались надои, возводились новые города и повышался уровень образования в оленеводческих стойбищах. У них - падали самолёты, голодали дети и бастовали их родители. Нам говорили, что на Западе мир новостей и вообще - вещание основано на принципе поиска сенсации, а сенсация - это то, что щекочет нервы и выбивает из колеи. Поэтому их средства массовой информации были крикливы и нервны, а наши - величавы и спокойны. Их дикторы говорили скороговоркой, ибо уже подпирала новая сенсация, а наши Игорь Кириллов и Анна Шатилова смаковали каждое произнесённое слово.


  • Фотографии Москвы 1970-х. Спокойствие, буквально разлитое в воздухе.

    Современные СМИ тоже кричат и тоже торопятся. Если с утра посмотреть новости Яндекса (например), то на одно позитивное события (например, гастроли какой-нибудь известной группы), будет три крушения/удушения/суицида... Я не знаю, если честно, каким должно быть вещание и вообще - СМИ. Убаюкивающе-спокойным и убеждающим, что «в Багдаде всё спокойно» или нахраписто-сенсационным, заполненным криминальными хрониками. Лично я часто смотрю программы о преступлениях. И очень люблю программу Леонида Каневского «Следствие вели...» - о самых громких преступлениях советской эпохи. Вообще, действительно, в те времена было не принято обсуждать преступность - по радио никогда не рассказывали о казанской группировке (например) или о знаменитом деле торговой сети «Океан» (так называемое «рыбно-икорное дело»). Всё это распространялось в народе на уровне слухов. Например, о «рыбной мафии» лично я узнала потому, что на одной из дач, где жил невероятно-мажорный мальчик, вдруг опустела веранда, потом - опечатали дом и кого-то быстро посадили. Всё.


  • Ещё немного «застойной» Москвы.

    Сейчас бы сотни журналистов пролезали бы в самые чёрные дыры в поисках «правды» - именно так, в кавычках, потому что журналисткая правда весьма условное понятие. Но это ладно, «рыбное дело» было весьма сложным и не для посторонних глаз - всё-таки его расследовал сам КГБ, ибо «Океан»-овская группировка была уже сродни настоящей мафии. Да, и слово «мафия» звучало не страшно, а заманчиво, как Сан-Ремо, как феличита и дольче вита. Мафиозами у нас были: сначала два нарисованных итальянских жулика из «Капитана Врунгеля», а потом - персонажи из импортного фильма «Спрут» про капитана Катани. Что характерно, недостатка в художественных фильмах о поимке жуликов не наблюдалось. Я бы сказала, что их было много. Это и легендарные «Место встречи...», и многочисленные «Петровка-38», «Огарёва-6», «Гонки по вертикали», «Ларец Марии Медичи», «Возвращение святого Луки», «Визит к Минотавру» (здесь можно было бы назвать ещё десятка три подобных картин). А ещё большой популярностью пользовался сериал «Следствие ведут знатоки». Все эти фильмы были очень интересными, но в них была одна немаловажная особенность - они носили не развлекательный, а дидактический характер.


  • «Петровка-38».

    Во всех этих фильмах Добро всегда побеждало Зло. Добро воплощали чекисты, органы прокуратуры и милиции, да и вообще - весь законопослушный советский народ. А Злом были отдельные отщепенцы, которых следовало разоблачить, поймать и обезвредить. Наши фильмы не подпадали под законы детективного жанра, ибо чаще всего преступник был известен с самого начала и зрителю в большей степени показывалась не работа мысли, а работа «органов». Человек должен был видеть не столько противобороство жулика и сыщика, сколько заботу милиции о спокойствии советских граждан. Идеальный правоохранитель был воплощён в образе милиционера Знаменского из «Знатоков» - он не только расследует, но и много-много воспитывает, причём не только жуликов, но и своих коллег - тоже. Он - сама надёжность и сама законность. Не являлись наши фильмы и боевиками. Да, там могли много стрелять и гоняться, но это никогда не подавалось, как самоцель авторов. Не лихачество, но исполнение долга в экстремальной ситуации и - любой ценой. То есть советские люди (благодаря кино) всё-таки знали, что преступность существует, но она всегда и везде будет сурово наказана.


  • «Следствие ведут знатоки».

    Нежелательной информацией было всё, что связано с маньяками. Это слово вообще редко появлялось в прессе (и, в основном, конечно же, по отношению к западным преступникам). Личности Чикатило, Сливко, Головкина не обсуждались ни журналистами, ни товарищами в погонах в популярной программе «Человек и закон». «Знатоки» и прочие киношные сыщики также не занимались серийными убийцами - их клиентами были спекулянты, расхитители народного добра, квартирные воры, а если и убийцы, то «обычные», которые убивают по каким-то логическим причинам, а не из дикой страсти к расчленёнке. Например, в фильме «Противостояние» показан вроде бы серийный убийца, но он-то действовал не из маньяческих побуждений. А вот люди, которые имели своей целью пытки, извращённые изнасилования и такие же немыслимые убийства, были под цензурным запретом - о них все знали, но знали из слухов. Так, в середине 1980-х все дети и подростки передавали друг другу сплетни о маньяке по кличке Фишер (в миру - Сергей Головкин). Для нас это было немаловажно, ибо орудовал Фишер конкретно в Одинцовском районе, то есть близ нашей дачи. Поскольку официальной информации о нём не было, то всё распространялось при помощи «сарафанного радио», а оно, как известно, имеет тенденцию к искажению исходной формы.


  • Слева - Сергей Головкин (Фишер).
  • Справа - добропорядоШный Чикатило с семейством.

    Впоследствии о Головкине были сняты документальные фильмы, мы увидели его лицо и узнали, что он, как и все маньяки, производил впечатление милого недотёпы и этакого порядочного скромняги (самый ненавистный мне тип, кстати). Нам же в детстве рисовался образ мясника с топором и с огромными руками - по локоть в крови. Очень хорошо помню, что дети передавали друг другу истории, как девочку N. долго не могли найти, пока её руки-ноги не оказались на какой-нибудь стройке, в котловане. Или в подвале дома, предназначавшегося под снос. Но это часто воспринималось, как продолжение жанра «страшилок». Где-то подсознательно многие из нас понимали, что милиция в обиду не даст и всё это, скорее всего, просто сплетни. Кстати, я и в Фишера-то не особо верила и сильно удивилась, что он-таки был на самом деле. Вообще, дети очень любят «страшилки» - недаром, в СССР цвели буйным цветом пионерлагерные истории про Чёрную Руку и Красные Ногти, про мизинчик, найденный в котлете, про заспиртованных младенцев, про Пиковую Даму и «Отдай сердце!» В этих историях переплетались мистические глупости с переработанными и приправленными историями о маньяках. Сейчас дети всё это не придумывают - они сыты по горло фильмами ужасов и криминальной расчленёнкой.

  • Вообще, не совсем ясно, нужна ли вся эта информация обществу? С одной стороны - знание об уровне преступности и о том, что по району гуляет очередной Фишер, немаловажно. С другой стороны, это порождает панику и неуверенность, человек, перегруженный негативной информацией, не в состоянии хорошо работать и вообще - нормально жить. Может, это было правильно, что сведения об уголовниках были сугубо внутриведомственными и не выносились на первые полосы газет? Как Вы считаете?
  • Tags: 1970, 1980, Кино, Мемуары, О Жизни, Право, СССР
    Subscribe
    Buy for 300 tokens
    ***
    ...
    • Post a new comment

      Error

      Anonymous comments are disabled in this journal

      default userpic

      Your IP address will be recorded 

    • 198 comments