Галина Р. Иванкина. (zina_korzina) wrote,
Галина Р. Иванкина.
zina_korzina

Зита и Гита по-сталински?

  • Один из знаковых сюжетов мирового читабельно-смотрибельного искусства - это случайная встреча нечаянных двойников, процент столкновения которых был подсчитан самим Электроником в давние СССР-овские времена (когда технократы - рулили, писатели - писали, а режиссёры даже с фигой в кармане именно творили, а не пилили...) В общем, какая-то микроскопическая величина, стремящаяся к нулю. Но, тем не менее, сюжет на тему этого микро-процента довольно-таки известен, что, разумеется, удивляет. Нетипично ибо. С детства мы знаем рассказанную Марком нашим Твеном сказку об эпохальной встрече принца Эдуарда с нищим Томом Кенти. Оба мальчика, по задумке американского мастера, оказались так похожи друг на друга, что не только сами запутались, но и родной папа в лице Генриха VIII почти ничего не заметил. А ведь то был король, положивший жизнь на истребление вредительства, оппортунизма и уклонизма на территории отдельно взятого Острова Невезения. Подозревал, короче подлоги и поджоги, а также кражу колосков и прочую измену Родине.



    Но он признал Тома Кенти, как родного. Отчего бы? Да всё просто - Том с Эдуардом были не двойниками (что глупо), а - близнецами. Просто когда Джейн Сеймур наконец-то родила именно сына, то второй «такой же» мог быть неправильно понят и Генрихом (который уже задолбался решать вопрос престолонаследия) и социумом (который на тот момент задолбался ничуть не меньше). Поэтому дубль выкинули на помойку (в прямом смысле этого слова), а потом растерялись, когда он всё-таки пришёл домой. Недаром же именно Тома Кенти, в отличие от остальных маргиналов Двора Отбросов, влекли к себе мечты о Высоком. И вот нашего Тома Кенти буквально «притянуло» ко дворцу! Разумеется писал американец, полагающий, что все люди равны (особенно вооружённые кольтами) и даже в сточной канаве можно отловить второго вполне кудрявого принца. Но идея двойников, сама по себе, и без Марка Твена, страшно живуча. Вот, например, помпезно-сталинский вариант развития событий - послевоенная кинокомедия «Весна». Вещь привычная и даже набившая оскомину. Умытая, барочно-тоталитарная Москва; люди, одетые в плащи и шляпы из официального журнала мод; упитанные девушки в белом и гримёрша, требующая положенные ей тапочки.

    Казалось бы, кинокартина совершенно банальная, хотя и талантливая - реплики растащены на цитаты, а Любовь Орлова до сих пор воспринимается, как настоящая звезда, как штучный товар. Но, как выясняется, мы ничего не знаем о героях комедии - их биографии вообще «не читаются» по фильму. Некая учёная Никитина, работающая над приручением Солнца. Вполне себе жреческий сан. Судя по всему, Солнце приручается, ибо Никитину до сих пор не признали вредительницей, а её солнцепоклонничество - лженаукой. Её двойник - некая актриса Шатрова, работающая в оперетте. Не Сильвой, а так, вторым лебедем в третьем ряду. Дамочка типично-эстрадная, хотя и утверждающая, что она - драматическая актриса. Я бы сказала, что она даже цирковая, но вышедшая в тираж по возрасту или по травме. Разумеется, Никитина и Шатрова - близнецы, разлучённые в детстве, этакая Зита и Гита в условиях Военного Коммунизма. Сколько примерно лет нашим красавицам? В районе 30. Время действия фильма - 1946/47 год.



    Итак... Примерно в 1916 году в дворянской семье родились девочки. Почему именно в дворянской? А вот. Помните героиню Раневской, домработницу, которая живёт в доме Никитиной на правах бедной, но любимой родственницы? Она ещё называет свою хозяйку - Иринушка (или даже Аринушка). Это же типовая гувернантка - видно, что ей около 50 лет, она, как раз, из бывших гимназисток, искавших работу в богатых семьях. Маргарита Львовна, как раз, воспитана в духе Серебряного Века, в стиле дореволюционных барышень - она мечтательна, истерична, вечно влюблена. И - начинает косить под Льва Маргаритовича (довольно неестественно), когда видит вторую сестру - живой и невредимой. Ей непременно нужно официально зафиксировать, что она начала видеть именно галлюцинации. Иначе начнёт разматываться история с неучтёнными дворянскими дочерьми какого-нибудь эдакого белогвардейского авторитета...! Разве может Лев Маргаритович подставить свою хозяйку, а точнее - воспитанницу?

    В суматохе Гражданской войны гувернантка потеряла вторую девочку, которую тут же подобрали, например, цыгане и дали ей артистическую фамилию - Шатрова - шатёр, балаган, цирк с конями. А Иринушка (она же Аринушка), перестав быть какой-нибудь там Оболенской, была записана Никитиной во время переписи населения в 1922 году. Потом была школа с дурацкими экспериментами, вроде Дальтон-плана, трудовое обучение в коммуне одарённых школьников и прочая неразбериха конца 1920-х. В 1930-е - уход в реальную науку и уход от мира. Сама Никитина, в отличие от гувернантки, ничего не знает о своём реальном происхождении. Ещё меньше знает о себе актриса Шатрова, которая в 1930-х работала в цирке вместе с цыганским коллективом, конями и булавами... Потом как-то раз очнулась - гипс. Прощайте, голуби! Что характерно - ни одна из сестёр так и не создала семью к моменту начала повествования... Это сейчас считается хорошим (или хотя бы - здоровым) тоном быть вне семейных отношений, а тогда это было не вполне нормой.

  • В общем, не верю я в природных и при этом - не родных двойников... А вот ещё - какой-нибудь Борменталь мог сделать саморазвивающегося клона - как раз Никитину по образцу Шатровой. Недаром, Никитина уверяет, что никогда не сгорала от любви. А потом сгорела. Как плачущий Электроник... И главное - не принимайте сурьёзно то, что я пишу. Не смайлики же каждый раз ставить, честное слово...
  • Tags: 1940, Кино, Приколы, СССР
    Subscribe
    Buy for 300 tokens
    ***
    ...
    • Post a new comment

      Error

      Anonymous comments are disabled in this journal

      default userpic

      Your IP address will be recorded 

    • 112 comments
    Previous
    ← Ctrl ← Alt
    Next
    Ctrl → Alt →
    Previous
    ← Ctrl ← Alt
    Next
    Ctrl → Alt →