Галина Р. Иванкина. (zina_korzina) wrote,
Галина Р. Иванкина.
zina_korzina

Categories:

1920-е годы - постапокалипсис или время надежды?

  • Разумеется, принято считать, что Россия не выпускает нормальных фильмов. Принято. Считать. Потому что массовый зритель видит только то, что ему активно подсунут. Он ленив и не любопытен. Хотя, есть очень много чего интересного, даже теперь. Я бы сказала - особенно теперь. Хотя, безусловно, правы те, которые говорят, что нынче нет именно «народного кино» - именно им был славен советский синематограф. Есть тупая жвачка (впрочем, не вполне вкусная). И есть весьма приличное элитарное кино - которое не для всех. Точнее, оно для всех (иначе я бы со своим дворовым менталитетом и раённым интеллектом, ни хрена не поняла бы). Просто для этих кинокартин нужен определённый настрой, нужно некоторое умение видеть картинку, а не зацикливаться на сюжете. Потому что сюжета может и не быть вовсе или он будет странным. И вот что - сейчас в эпоху всяческих 3, 5 и много-D авторы, снимающие не для всех, остро полюбили нецветное изображение. На мой взгляд, получается очень стильно. Сегодня поговорим о кино-событии под названием «Роль» режиссёра Константина Лопушанского.

    Роль-15
  • В главной роли - Максим Суханов.

    Он снимает мало, но сочно. Лично я помню его с 1980-х годов - тогда всех поразила и буквально растоптала его картина «Письма мёртвого человека». Для советского кино тема ядерного постапокалипсиса была не то, чтобы нова, но и, в принципе, невозможна и чужда. Лопушанский же снял кошмарную ленту про попытки выживать, точнее - доживать в условиях ядерной зимы. Сегодня он снова говорит об постапокалипсисе - связь этих двух картин очевидна. Только там это термоядерная катастрофа, тут - революция и гражданская война. Там - предполагаемое будущее (или параллельное настоящее), тут - историческая реальность 1922 года. В обоих фильмах - нескончаемая и страшная зима, ужасные условия быта и полубезумное бытие обывателей. И там, и здесь - в центре повествования интеллигент, который пытается осмыслить происходящее и ...именно поэтому совершает нелогичные с виду действия. В «Письмах мёртвого человека» учёный пишет послания своему, скорее всего, погибшему сыну. В «Роли» - успешный актёр-эмигрант проникает на территорию Советской России, чтобы сыграть очень важную для него роль. Не в театре Синяя Блуза, Боже упаси. В жизни.

    Роль-1
  • Да-да. Слева почти Шарик.

    Разруха, которая, по словам Филиппа Филиппыча Преображенского, бытовала тогда в головах, а не в клозетах, выписана Лопушанским с предельной резкостью. Автор не скупится на ненависть к хаосу революции. Картины бытовых ужасов роднят фильм с булгаковскими вещами. Но не с рассказами Михаила Зощенко - тот добрее, хотя и жил в тогдашнем непрезентабельном Питере. Перед нами, по сути, зощенковский мир с его коммуналками, склоками, и, извиняюсь за выражение, клопами. Но у Зощенко всё забавно, как он любил выражаться - всё это мелочи быта. Мы привыкли видеть эту эпоху глазами Ильфа и Петрова - нам смешно общежитие имени монаха Бертольда Шварца с примусами и матрасами, фанерными перегородками и теснотой. Мы видим 1920-е - картинкой из гайдаевской комедии «Не может быть!». Там тот же НЭП-овский Петроград - Ленинград. Или в виде «Зелёного фургона», где стрельба и романтика. Ретро. Тут - не ретро. Тут - страшно. Постапокалипсис. Это взгляд автора. Если хорошо знать культуру 1920-х, то на ум тут же приходят шикарные города-солнца, города-сады и прочие конструктивистские навороты бородатых братьев Весниных (сыновей купеческих) и их учеников - мальчиков в косоворотках и кепках, вроде Ивана Леонидова. Они мечтали, сидя в нетопленных каморках о солнечных городах из стекла и бетона. И сам Ле Корбюзье завидовал их смелости и размаху.

    0-7. ivan-leonidov-instituto-de-biblioteconomc3ada-lenin-moscu-1927-img-electa (1)
  • Иван Леонидов. Он так видел.

    Лопушанский показывает нам мир-безнадёгу. Мир, после которого ничего нет и уже не будет. Всё - в прошлом, а будущее во тьме. Точнее, тьма уже наступила. И главный герой это сознаёт - он не видит городов-солнц, поэтому и заканчивается фильм так же страшно, как и «Письма мёртвого человека». Правда, есть в картине примечательный персонаж - девушка-пролетарка, выучившаяся на учительницу первой ступени. Типаж - просто один в один женщины той эпохи. Этакая худоба не от элитненьких фитнесов, а от плохого питания и тяжёлого быта. При этом - тяжёлые икры и большие ступни. Героиня ходит некрасиво, одеваться не умеет. Нелепа и чудаковата. Потому что Советская Власть привила ей уже мечтания и искания. Девушка сидит и смотрит на луну, говорит красивые фразы, свойственные, скорее, нервическим гимназисткам ушедшей эпохи или ещё каким-нибудь демоническим женщинам Серебряного Века. Это, как раз, те самые попытки прививать дворянский политес - простонародным гегемонам. Но я не знаю, была ли эта деталь сценария намеренной или авторам просто захотелось поразить всех оксюмороном - обладательница разлапистых ног излагает причудливее, чем Сэй Сёнагон..., что ли.

    f_163620
  • О, какой типаж! Актриса Анастасия Шевелёва.

    Ну, и, разумеется, хочу отметить работу Максима Суханова, который сыграл главную роль, точнее - две роли. По сути - две. Артиста и комиссара, похожих, как две капли воды. Знаменитый сюжет с заменой - Принц и Нищий. Только здесь нет принцев и нищих - тут есть постапокалипсис, где все равны перед холодом и голодом. Но, я повторюсь, моё видение 1920-х несколько иное. Да, был крах и был ужас. Но была надежда, которой в этом фильме, нет. А она, между тем, была... Однако фильм, тем не менее, очень сильный и оставляющий впечатление. Автор волен писать, как видит, как умеет, как нравится.
  • Tags: 1920, Кино, О Жизни
    Subscribe
    Buy for 300 tokens
    ***
    ...
    • Post a new comment

      Error

      Anonymous comments are disabled in this journal

      default userpic

      Your IP address will be recorded 

    • 50 comments
    Previous
    ← Ctrl ← Alt
    Next
    Ctrl → Alt →
    Previous
    ← Ctrl ← Alt
    Next
    Ctrl → Alt →