Category: путешествия

После велопрогулки.

Ужасно.

  • Можно и крапиву нарисовать так, что это будет смотреться, как виньетки эпохи Ар Нуво. Правда, за виньетками - натуральная мерзость запустения. И ужас. Нет, правда, страшно. От этого конца времён.

    Read more...Collapse )
  • Buy for 300 tokens
    ***
    ...
    После велопрогулки.

    Увидеть СССР!

  • Помните занятный эпизод из романа «Золотой телёнок», где Остап встречает на пыльной дороге двух жуликоватых американцев, ищущих рецепты русского самогона? Этот фрагмент понадобится нам для последующей беседы, а потому — крайне важен. «– Скажите, – эти двое не из Рио-де-Жанейро? – Нет,– ответил соотечественник,– они из Чикаго. А я переводчик из «Интуриста». – Что же они здесь делают, на распутье, в диком древнем поле, вдалеке от Москвы, от балета «Красный мак», от антикварных магазинов и знаменитой картины художника Репина «Иван Грозный убивает своего сына»? Не понимаю! Зачем вы их сюда завезли?» Из этого краткого диалога мы узнаём не только достопримечательности и пункты, интересовавшие зарубежных гостей 1930-х; тут звучит название конторы - «Интурист».


  • «Природа в СССР» (1935, авт. Н.Жуков).

    В Музее Москвы на Зубовском бульваре открылась увлекательная выставка-путешествие - «История Интуриста в советском туристическом плакате». Устроители сообщают: «Это ретроспектива оригиналов зарубежных рекламных постеров Интуриста, созданных в 30-70-е годы XX века.

    Cовершенно чумовые плакаты!Collapse )
  • После велопрогулки.

    «Незнайка на Луне» как путеводитель по эстетике 60-х

    Иллюстрации к детским книжкам, особенно к советским сказкам - лучшее зеркало эпохи. Итак, эстетика рубежа 1950-х и 1960-х годов, когда округлые формы послевоенного десятилетия постепенно вытеснялись стильной геометрией новой, молодой эпохи. О чём это я? В основном, об иллюстрациях Генриха Оскаровича Валька к фантастическому роману для детей до- и после-школьного возраста, об эстетике начала 1960-х, о том, что ощущения от «Незнайки на Луне» лично для меня непостижимым образом совпали с... фильмом «Завтрак у Тиффани», да и вообще с 1960-ми - нашими и не нашими.



    Рисунки Валька оказались для меня первым большим знакомством с эстетикой 1960-х, а слова Козлика по поводу «лунного» искусства - первой критикой абстрактной живописи...
    После велопрогулки.

    Мордобой на пляже.

  • В сталинском СССР была парадная культура - смесь классицизма и барокко, но имелась и параллельная культура. Не блатная-уголовная и полу-народная с песенкой «Бублички», а вполне официальная, и при этом - не являвшая собой торжественно-пафосное Искусство. Люди тут не боги Олимпа, но - такие, как есть. Относятся сюда и некоторые картины, рисунки. Точнее - многие. Например, вот эта вещь, изображающая драку на пляже.

    Read more...Collapse )
  • После велопрогулки.

    Очередная супер-выставка в Москве.

  • Я уже писала о том, что в Москве сейчас проводится очень много интересных, необычных выставок, хотя очень многие мои читатели продолжают бухтеть, что культуры на постсоветском пространстве - нет. Как раз, она есть. Просто люди предпочитают смотреть какие-то странные передачи, чтобы с утра - на работе! - ругать долбаный ящик. Вот очередная чумовая экспозиция в Гостином Дворе.



    Read more...Collapse )
  • После велопрогулки.

    Заграница животворящая.

  • В мелодраме «Зимняя вишня» нам показали серую безнадёгу ленинградского бытия – тусклые сумерки, бессмысленные метания, рыхлые любовники, безрадостные перспективы. Из музыки – только Алла Борисовна. Зато! В ореоле фирменно-позолоченного сияния возникает «настоящий мужчина» - прибалт Герберт, к тому же работающий за границей. Рассудительность, такт, беспорочная предприимчивость и – буржуазный шарм. Давали понять – всё хорошее водится, движется и обитает исключительно там - в забугорном пространстве. Вспомните, как преобразилась Оля, когда она стала встречаться с Гербертом! Из усталой, отчаявшейся тётки она превратилась в стильную фасонистую леди образца ‘яппи’. Вот что Заграница животворящая делает!



    C одной стороны, советская промышленность не могла предоставить гражданам вожделенные 150 видов колбасы и ещё какие-нибудь зелёно-малиновые колготки, но с другой – советский же кинематограф тщательно культивировал преклонение перед западными вещами и лейблами...
  • После велопрогулки.

    Музейные тётеньки: Музы, Церберы и Сфинксы.

  • Мир разнообразен. В нём обитают паяльщики и стоматологи, сантехники и космонавты, пианисты и... роялисты. Есть место в нём и для особого дамского вида под названием «музейная тётенька». Как правило, это женщина преклонных лет или, во всяком случае, находящаяся на пороге того чудесного возраста, когда нам многое прощается. Почти как в детстве. Кстати, в моём детстве были точно такие же музейные тётеньки.

    Музейная тётенька - вечна, как вечны музеи. И название-то у них красивое - смотрительницы залов. Не надзирательницы и не даже не смотрящие (как иногда хочется их определить), а именно так - смотрительницы. Хранительницы. Музейная тётенька может быть умной и глупой, рафинированно-принаряженной и неряшливой, злобной и очаровательной. Но, так или иначе, всех женщин этой славной профессии можно разделить на три условных типа - Музы, Церберы и Сфинксы.


  • Станислав Шаронов «Смотрительница зала» (с)

    1. Итак, типаж под названием Музы. О, они обожают предмет, который стерегут. Если музей посвящён Пушкину, то они обожают Пушкина. Если вдруг тема экспозиции - водопроводные краны, будут обожать и краны. Они не просто обожают - они ревниво и по-бабьи привязчиво пестуют память о предмете или о человеке. Их рефрен, точнее девиз: «Вы ничего не понимаете!» Они навязчиво прилипают к посетителю и зорко следят, чтобы он внимательно и благоговейно осмотрел все положенные ему экспонаты. «Что же вы подгузники Дантеса пропустили?! Их нашему музею французы подарили за валюту!» - негодует она, транслируя, тем самым, что мы проигнорировали целый пласт истории и нам должно быть стыдно. Она непременно расскажет, что вот этот веер, расписанный купидонами и рокайлями, некогда принадлежал Екатерине Великой, а во время войны за ним охотился некто из Ahnenerbe! Потому что тут была тайнопись самого графа де Сен-Жермена...

    Остальное - тут.

    Кстати, вопрос!Collapse )